×

Предупреждение

JFolder::create: Не удалось создать каталогPath: /bhome/part2/01/npacific/fishtourism.ru/www/cache/mod_bt_contentslider/

Лососевая путина на Дальнем Востоке в этом году, кроме эйфории чиновников и рыбаков от аномально высоких подходов, оставила нерешенными ряд важных вопросов, в том числе и экологических, информирует «Тихоокеанская Россия».

Рунный ход тихоокеанских лососей в этом году на Камчатке задержался примерно на десять дней. Причиной тому стал высокий уровень воды в реках полуострова и холодная погода. Однако когда рыба все же зашла в реки, стало понятно, что прогноз ученых о рекордных подходах оправдается. В ходе промысла рекомендованные объемы вылова постоянно корректировались. В итоге совокупный вылов всех видов по всему Дальнему Востоку превысил 612 тыс. т (на 11 сентября). Основной вклад внесла Камчатка – 488 тыс. т. Более 80% уловов обеспечила горбуша. Ее феноменально высокие подходы были не только на западном побережье, которое традиционно обеспечивает основной вылов в четные годы, но и на восточном.

И всё же некоторым жителям Камчатки, а благодаря Интернету, и остальной части России, лососевая путина 2018 запомнится тоннами выброшенной рыбы по берегам нерестовых рек, на обочинах дорог и в лесополосе. И вечные закономерные вопросы «Кто виноват?» и «Что делать?» неумолимо встают перед законодателями и экологами.

«Безусловно, видеозаписи обилия выброшенной рыбы не могут не впечатлить человека, не вникающего в тонкости промысла. Рыбопромышленники, не в силах переработать весь объем выловленной рыбы, просто выбрасывают ее. Иногда это происходит в нарушение экологических норм, за что виновные должны нести ответственность. В то же время, реальность такова, что происходящее в любом случае никак нельзя назвать экологической катастрофой. В дальнейшем мы будем наблюдать саморегуляцию численности горбуши», - уверен координатор Программы по устойчивому морскому рыболовству Всемирного фонда дикой природы (WWF России) Сергей Коростелев.

Популяции этого вида лососевых подвержены колебаниям, и всплески, подобные произошедшему в этом году, случались и раньше. Так в 1983 году массовый ход горбуши на западном побережье Камчатки стал одной из причин смены доминирующего поколения.

«Переизбыток производителей на нерестилище приводит к тому, что места для гнезд всем не хватает. Рыбы, зашедшие на нерест позже, разрушают кладки тех лососей, которые отнерестились ранее. Икра оседает на дне, гибнет и начинает разлагаться. Активность микроорганизмов с погибшей икры постепенно перекидывается на здоровую икру, оставшуюся в нерестовых буграх. В то же время, учитывая, что после нереста тихоокеанские лососи погибают, массы мертвых рыб скапливаются на берегах и дне водоемов. Процессы разложения происходят при активном потреблении растворенного в воде кислорода. Его концентрация снижается до критической и также приводит к гибели икринок в нерестовых буграх. В результате численность популяции в последующие поколения резко снижается и требует времени, чтобы восстановиться», - объясняет Сергей Коростелев.

В событиях 1983 года не было вины человека, не стали они трагедией для популяции горбуши в целом, как и не привели к экологической катастрофе. Тем не менее, у таких перепадов могут быть серьезные экономические последствия для всей рыбной индустрии.

Похожая ситуация складывалась в 1998 году: низкая перерабатывающая мощность береговых предприятий грозила повторением истории. Тогда власти полуострова разрешили свободно вести добычу всем жителям полуострова. Предприятия вне зависимости от их специализации, даже совсем далекие от рыбной промышленности, получили возможность организовывать рыболовецкие бригады, сдавать рыбу на заводы, заготавливать самостоятельно под контролем надзорных органов. В годы тяжелой экономической ситуации такое решение оказалось грамотным и эффективным. С другой стороны, видя низкую мощность существовавших рыбоперерабатывающих заводов, власти полуострова взяли курс на наращивание потенциала береговой переработки. Но парадокс в том, что всплеск 1998 года оказался скорее аномалией, чем нормой в череде предыдущих и последующих лет, а новые заводы, чтобы выжить и заработать, стали поощрять браконьерский промысел в промышленных масштабах. К такому выводу пришли эксперты, проводившие более десяти лет назад при участии WWF России анализ объемов браконьерского изъятия лосося на Камчатке.

В сегодняшних реалиях у чиновников не было либо возможности, либо желания оперативно подстраивать законодательство под прогнозы ученых и разрешать населению свободный вылов. Неизвестно, обсуждали ли они вообще такой сценарий. Конечно, в преддверии высоких подходов был мобилизован флот. Но даже увеличенные с 1998 года на порядок рыбоперерабатывающие мощности, все равно оказались не в состоянии освоить весь возможный объем. Ежедневный совокупный потенциал береговой и морской переработки оказался ограничен 12 тысячами тонн, тогда как, по примерным оценкам ученых, к западному побережью полуострова на момент начала рунного хода горбуши, подошли как минимум полмиллиарда особей, что составляет около 500 тысяч тонн. Массовый ход продлился порядка 40 дней, что можно считать удачей, так как обычно он составляет лишь 20. Именно растянувшиеся подходы позволили камчатским рыбакам поймать более 410 тысяч тонн горбуши (в совокупности по обоим побережьям).

Но тут перед ними встает другая проблема – как реализовать весь добытый объем? Основная масса потребителей удалена от Камчатки на тысячи километров. Доставить соленую, копченую или мороженую продукцию можно лишь морским транспортом до Владивостока, а оттуда по железной дороге – в центральную часть страны. На весь период транспортировки и время ожидания перевалки грузу необходимо обеспечить соответствующие условия хранения. И здесь вступают в игру уже не усилия рыбаков по добыче сами по себе. К ним присоединяются складские мощности портов, пропускная способность железнодорожной магистрали. Все они вместе определяют и объем продукции, который дойдет до конечного потребителя, и ее цену.

Рыбопромышленники не успевают обрабатывать уловы. Но и пропустить на нерестилища такой объем производителей без последствий, прежде всего для экономики, нельзя. Уже сегодня можно предположить, что часть нерестилищ в ближайшие годы окажется непродуктивна в плане воспроизводства горбуши, ведь далеко не на всех реках Камчатки идет промышленный лов, а значит, заморы рыбы будут. Есть опасения, что косвенно это затронет и другие виды лососевых, прежде всего кету, которая имеет сходную с горбушей экологию нереста. Какие последствия будут иметь воодушевляющие рекордные подходы, станет известно в ближайшие несколько лет, передает пресс-служба WWF России.

Тихоокеанская Россия